Как выживают шахтерские поселки в оккупации

[caption id="attachment_52520" align="aligncenter" width="1023"] На грани исчезновения: что изменилось в шахтерских поселках Донбасса после оккупации[/caption]

17 погибших в тылу группировки «ЛНР». В конце апреля взрыв метана унес жизни горняков в недавно легализованной боевиками копанке. Через месяц журналисты специального проекта Радио Свобода «Донбас.Реалии» побывали в бывшем шахтерском поселке - рядом с местом трагедии. Эксклюзивный репортаж с неподконтрольной Украины части Луганской области.

Андрей Дихтяренко

https://www.youtube.com/watch?time_continue=328&v=ec0oxDxQF0A Мини-шахта «Схидкарбон», ныне неподконтрольная правительству часть Луганской области. 25 апреля здесь произошел взрыв метана. Завалы разбирали два дня с привлечением российских спасателей. Но никого из 17 шахтеров рабочей смены спасти не удалось. «В дальнейшем, конечно же, мы будем проводить разбирательство по этому вопросу. Кто виноват, и если такие найдутся, они будут наказаны», - заявил главарь группировки «ЛНР» Леонид Пасечник. Пасечник лукавит: мини-шахту «Схидкарбон» фактически обычную яму, торжественно запустили в конце прошлого года - в рамках его личной избирательной кампании. [caption id="attachment_52521" align="aligncenter" width="650"] Мини-шахта «Схидкарбон», неподконтрольная правительству часть Луганской области[/caption] «Мини-шахта практически ничем не отличается от обычных шахт. Отличие только в том, что на шахте отсутствуют мощные стационарные установки», - отметил во время запуска копанки ее «директор» Андрей Кононенко. На мини-шахте не соблюдали нормы безопасности. А после трагедии взрывоопасную яму просто забросили.

Как живут шахтерские поселки сейчас

Через месяц после аварии «Донбас.Реалии» едут глубоко в тыл группировки «ЛНР», в шахтерские поселки рядом с закрытой мини-шахтой «Схидкарбон». Когда-то здесь главным местом работы было большое угольное объединение - шахта «Сутоган». [caption id="attachment_52522" align="aligncenter" width="650"] Шахта «Сутоган»[/caption] «Шахта «Сутоган» - только одно название, «работает». Зарплаты нет, угля нет. Угля даже пенсионерам нет, и не то, что продавать», - рассказывает шахтер на пенсии Александр. «Я на «Сутогане» попал под взрыв. Здесь взрывы, везде одно и то же. Давай-давай-давай план! Уголь, премии... Газ прет, его надо останавливать, надо проветривать. А люди без зарплаты» - сетует человек. [caption id="attachment_52523" align="aligncenter" width="650"] Александр, шахтер на пенсии[/caption] Бывший шахтер разводит кроликов - на пенсионное пособие от группировки «ЛНР» не прокормиться. Денег не хватает даже на уголь, чтобы отапливать печь. Ранее его раздавали горнякам бесплатно, теперь нормы урезали. «Не уголь, а грязь какая-то! Раньше давали шесть тонн в год, а сейчас дают - две триста, если я не ошибаюсь. Даже двух с половиной тонн нет», - жалуется Александр. [caption id="attachment_52524" align="aligncenter" width="650"] Поселок буквально стоит на угольных пластах[/caption] Поселок буквально стоит на угольных пластах. Но теперь бывшие шахтеры отапливают помещение чем придется. «Было бы, конечно, хорошо, если бы газ провели. Но его же бесплатно никто не проведет. А мы уже все посадки по округе вырубили! Газ - сейчас «запрещено» «законом». А отапливать чем? А некоторые не в состоянии и угля купить даже! Еще пройдет немного времени и вообще здесь - или умрут все, или разбегутся, или... Ой, что сказать?! » - говорит бывший шахтер.

Шахтерские поселки: что изменилось с 2014 года

Николай Волынко - председатель Независимого профсоюза горняков Донбасса. В 2014 году убеждал шахтеров не поддерживать так называемую «русскую весну». Теперь считает крах угольной промышленности региона закономерностью. «Я знаю, сколько погибло шахтеров, этих шахтериков, которые пошли воевать против Украины. А все думали, что будут получать большую российскую зарплату. А сейчас все эти шахтеры на оккупированной территории едут на заработки в Воркуту! Без соцпакета! На заработки едут - они сами себя загнали в эту яму», - отмечает Николай Волынко. [caption id="attachment_52525" align="aligncenter" width="650"] Николай Волынко[/caption] В шахтерских поселках на оккупированной территории много домов заброшенные. На стенах ржавеют спутниковые тарелки - как признак того, что раньше здесь был достаток. «Здесь, в поселке, в основном - только пожилые люди. А молодежь на заработки выезжает в основном», - рассказывает местная жительница. [caption id="attachment_52526" align="aligncenter" width="650"] Женщина говорит, что молодежь уезжает из поселка[/caption] О трагедии на копанке по соседству местные жители предпочитают не говорить. Во многих до сих пор траур. «Вот у нее сын погиб в этой шахте, 37 лет», - рассказывает женщина о соседке. Группировке «ЛНР» выгодно добывать уголь только примитивным способом, считает профсоюзный лидер. «Из копанки - самый дешевый уголь по добыче. 100 гривен одна тонна получается. Ну и если это все пропускать, как положено, через линию фронта, эта тонна уже стоит - 3100», - говорит Волынко. Экономят на всем - на условиях труда и на зарплаты. «В среднем где-то 12-14 тысяч рублей! Это смело делите на два. Хотя до войны получали 15-18 тысяч в гривнах! И кто от этого выиграл?» - рассказывает о зарплатах шахтеров в оккупации Николай Волынко. [caption id="attachment_52528" align="aligncenter" width="650"] Поселок Белое Луганской области[/caption] В том, что у родного поселка есть шанс на выживание бывший шахтер Александр не верит.

- Планируете получить российское гражданство? - Так хорошо бы, все бросились... Но если подумать: а смысл? Если бы нас в России приняли - да. Ну а смысл, получу я это гражданство - уехать на работу? Это молодежи - да, сейчас гражданство они получат, уедут, там осядут - и все. Здесь вообще одни старики останутся, некому будет зарабатывать нам пенсии.

[caption id="attachment_52529" align="aligncenter" width="650"] В поселке немало заброшенных домов[/caption] На выезде из села - огромные ветряки. Но планы альтернативного развития экономики умирающего шахтерского края перечеркнула война.